Комплексное исследование недостаточности протеина С, протеина S и антитромбина III при тромбофилии (экзоны 2, 7 гена SERPINC1, экзоны 11, 12 гена PROS1, экзоны 3, 7 гена PROC) (П)

Протеин С, протеин S и антитромбин III являются естественными компонентами противосвертывающей системы крови (антикоагулянтами), которые в норме предотвращают избыточное тромбообразование. Наследственный дефицит этих факторов может приводить к развитию тромбофилии (склонности к тромбообразованию) и тромбозов. Врождённый дефицит данных факторов выявляется в 15 % случаев необъяснимых спонтанных и рецидивирующих тромбозов глубоких вен у пациентов молодого и среднего возраста.

Протеин С является одним из наиболее важных естественных антикоагулянтов и находится в постоянной циркуляции в крови в неактивном состоянии. Его активация происходит при взаимодействии с тромбомодулином на поверхности неповрежденных эндотелиальных клеток и тромбоцитов, он превращается в активированный протеин С (АРС), который является мощным антикоагулянтом, расщепляет и инактивирует факторы свертывания Vа и VIIIа. Протеин С кодируется геном PROC, описано более 270 патогенных вариантов в данном гене, которые наследуются по аутосомно-доминантному типу и приводят либо к снижению количества АРС (дефицит I типа), либо к снижению активности АРС (дефицит II типа). Частота встречаемости дефицита протеина С приблизительно 1:200-500. Содержание протеина C у гетерозиготных носителей составляет 30–60% от нормального. При гетерозиготной форме дефицита протеина С риск развития венозных тромбозов увеличивается в 7 раз. Симптомы гетерозиготного носительства появляются, как правило, после полового созревания. Наследственный дефицит протеина C диагностируют у 10% больных c ТЭЛА и тромбозами глубоких вен. Частота тромбозов во время беременности при дефиците протеина C составляет 7%, а в послеродовом периоде — 19%. У пациентов с дефицитом протеина С также отмечается повышенный риск развития кожных некрозов при лечении пероральными антикоагулянтами кумаринового ряда.

Протеин S также относится к естественным антикоагулянтам. Циркулирует в крови в двух формах: свободной (около 40% от общего количества) и в комплексе с регуляторным белком системы комплемента (C4b-binding Protein, С4bBP) – около 60%. Противосвертывающей активностью обладает только свободный протеин S. Он ускоряет разрушение протеином С активированных факторов свертывания V и VIII, тем самым приводя к угнетению тромбообразования. Протеин S кодируется геном PROS1, описано более двухсот патогенных вариантов PROS1, которые проявляются в трех формах дефицита протеина S: тип I (пониженный уровень протеина S), тип II (низкая активность протеина S) и тип III (низкий уровень свободного протеина S вследствие повышенного связывания с С4 компонентом комплемента). Недостаточность протеина S наследуется аутосомно-доминантно и является редким заболеванием (0,7% популяции). Гетерозиготный дефицит протеина S в 10 раз увеличивает риск возникновения венозных тромбозов. У 50% таких носителей тромботические проявления обнаруживают к 25-летнему возрасту. Также при наследственном дефиците протеина S возможно развитие кумарин-индуцированных кожных некрозов, фульминантной (мгновенной) пурпуры и ДВС-синдрома новорожденных (гомозиготная форма дефицита).

Антитромбин III (АТ III) - плазменный гликопротеин, естественный антикоагулянт. Основная функция антитромбина III — инактивация ряда основных факторов свертывания, в том числе тромбина (АТ III обеспечивает 75-90 % антитромбиновой активности плазмы крови), факторов Xa, IXa и XIa. Таким образом, снижается риск тромбообразования. АТ III кодируется геном SERPINC1, в настоящее время известно более двухсот различных патогенных вариантов в данном гене, приводящих к развитию тромбофилии. Частота распространения наследственного дефицита АТ-III составляет 0,4% популяции, а у пациентов с тромбозом в анамнезе - 1 случай на 20 человек. У пациентов с дефицитом АТ III уровень данного белка обычно составляет 40–60 % от нормы, но возможно и более выраженное его снижение. При дефиците АТ III 70 % эпизодов венозных тромбозов и тромбоэмболий ветвей лёгочной артерии происходит в возрасте до 50 лет, но эти проявления редко встречаются до наступления половой зрелости. Частота развития тромбозов во время беременности и в послеродовом периоде при дефиците АТ III составляет 18 и 33% соответственно.

Что определяет:
Анализ выявляет патогенные варианты в генах естественных антикоагулянтов: протеина С, протеина S и антитромбина III, ассоциированные с повышенной склонностью к тромбозам и тромбоэмболическим осложнениям.

Исследование рекомендуют при наличии у пациента или родни наследственных болезней и характерных признаков, при планировании беременности и оценке риска для потомства, при необъяснимых состояниях с подозрением на генетическую причину, для уточнения диагноза, подбора терапии и каскадного обследования родственников носителя.

Материал — кровь из вены. Оптимально приходить в первой половине дня, натощак или выдержав 3–4 часа после необильного приёма пищи; воду пить разрешается. За сутки желательно не перегружать себя жирной едой, спиртным и тяжёлыми тренировками, а непосредственно перед процедурой несколько минут посидеть в спокойной обстановке. О принимаемых препаратах и добавках стоит предупредить врача. Кровь не сдают сразу после физиопроцедур и рентгенологических исследований.