Если в семье был человек с болезнью Альцгеймера, рано или поздно начинаешь приглядываться к себе: забыл слово, не сразу вспомнил, куда положил ключи — и в голове мелькает тревожная мысль. До недавнего времени подтвердить или опровергнуть такие подозрения можно было в основном с помощью позитронно-эмиссионной томографии мозга с амилоидным радиофармпрепаратом или анализа спинномозговой жидкости, для забора которой нужна поясничная пункция — наряду с оценкой симптомов и нейропсихологическим тестированием. Весной 2025 года ситуация изменилась: американское агентство FDA впервые разрешило к применению анализ крови на болезнь Альцгеймера — тест, который оценивает соотношение двух биомаркеров, p-Tau217 и бета-амилоида 1–42, в плазме крови. Разбираемся, что именно он показывает, кому назначается и что из этого уже доступно в России.
Что разрешило FDA и в чём суть теста
16 мая 2025 года FDA разрешило к клиническому применению тест Lumipulse G pTau217/β-Amyloid 1-42 Plasma Ratio. Он измеряет не один показатель, а соотношение двух белков в плазме крови: p-Tau217 — видоизменённой формы тау-белка, которая накапливается в нервной ткани при развитии амилоидной патологии мозга, и бета-амилоида 1–42 — фрагмента белка, из которого формируются амилоидные бляшки. Чем активнее идёт амилоидный процесс в мозге, тем заметнее меняется это соотношение в крови.
Разрешение FDA касается конкретной группы пациентов: тест предназначен для людей старше 55 лет, у которых уже есть клинические признаки снижения памяти и мышления, и применяется в условиях специализированной медицинской помощи — у невролога или в клинике, занимающейся когнитивными нарушениями, а не как скрининг для всех желающих проверить свою память «на всякий случай».
Как работает анализ крови на болезнь Альцгеймера и что он на самом деле показывает
Важно различать выявление текущей амилоидной патологии мозга и предсказание будущего заболевания у здорового человека. Одобренный анализ крови помогает оценить вероятность того, что у пациента с уже имеющимися когнитивными жалобами в мозге идёт амилоидный процесс, характерный для болезни Альцгеймера. Он не предсказывает развитие болезни у человека без симптомов и не заменяет клиническую диагностику целиком.
Диагноз болезни Альцгеймера по-прежнему складывается из нескольких составляющих: оценки симптомов врачом, нейропсихологического тестирования, данных о течении жалоб во времени и, при необходимости, инструментальных и лабораторных исследований. Анализ крови в этой цепочке занимает место одного из инструментов — он помогает врачу выбрать дальнейшее обследование: стоит ли направлять пациента на амилоидную ПЭТ или исследование спинномозговой жидкости, или вероятность амилоидной патологии по результатам крови настолько низкая, что от инвазивных и дорогих процедур на этом этапе можно отказаться.
Такой подход потенциально удобнее: обычная венепункция вместо поясничной пункции или визита в центр позитронно-эмиссионной томографии. Стоит уточнить: и ПЭТ, и поясничная пункция обычно выполняются амбулаторно — распространённое представление об обязательной госпитализации для этих процедур не вполне верно, хотя обе требуют направления профильного специалиста и специального оборудования.
Доступен ли такой анализ в России
На момент публикации сведений о том, что именно эта тест-система — Lumipulse G pTau217/β-Amyloid 1-42 Plasma Ratio в версии, разрешённой FDA, — выполняется в российских лабораториях, нет. Это не означает, что подобная технология никогда не появится в отечественной практике, но говорить о конкретных сроках преждевременно: внедрение новых диагностических тестов требует регистрации, валидации методики и обучения персонала.
Это не значит, что при тревоге за память совсем нечего делать. Если в семье уже были случаи болезни Альцгеймера или другой деменции, существует молекулярно-генетическое исследование гена аполипопротеина Е (АроЕ) — оно уже доступно в лабораторной практике. Это принципиально другой анализ: он не измеряет текущий уровень белков, связанных с повреждением нервной ткани, а смотрит на варианты (полиморфизмы) гена, ассоциированные с повышенным или пониженным риском заболевания в течение жизни.
Стоит сразу обозначить границы такого тестирования. Носительство определённого варианта АроЕ повышает вероятность более раннего начала болезни Альцгеймера, но не гарантирует её развитие, а отсутствие варианта не исключает риск полностью — в развитии болезни участвуют и другие гены, возраст и образ жизни. Рутинное тестирование здоровых людей без симптомов только из-за семейной истории обычно не рекомендуется: предсказательная ценность теста ограничена, а знание результата само по себе не меняет профилактические рекомендации — они одинаковы вне зависимости от генотипа. Поэтому решение о целесообразности анализа и интерпретацию его результата стоит обсуждать с врачом-генетиком, а не сдавать тест «для успокоения» самостоятельно. Подробнее о том, как устроены подобные исследования, можно прочитать в материале про молекулярно-генетические исследования.
Когда стоит насторожиться и к кому идти
Забывчивость сама по себе — не повод для паники: память объективно слабеет при хроническом недосыпе, стрессе, дефиците витаминов группы В и железа, проблемах со щитовидной железой и целом ряде состояний, которые устраняются без всякого отношения к нейродегенерации. Насторожиться стоит, если снижение памяти заметно прогрессирует за несколько месяцев, если человек путается в хорошо знакомых местах, теряет нить привычных бытовых дел, повторяет одни и те же вопросы, не замечая этого.
В такой ситуации первый специалист — врач-невролог. Он оценит жалобы, проведёт нейропсихологическое тестирование, при необходимости назначит инструментальные исследования и базовые лабораторные анализы, которые помогают исключить обратимые причины снижения памяти: нарушения работы щитовидной железы, дефицит витаминов, анемию, электролитные нарушения. Если после этого этапа подозрения на нейродегенеративный процесс сохраняются, врач решит, нужна ли более специализированная диагностика — амилоидная ПЭТ или исследование спинномозговой жидкости, а также насколько оправдано генетическое тестирование по гену АроЕ в конкретной клинической ситуации.
Что делать прямо сейчас, если тревожно
Если повод для беспокойства — забывчивость у себя или близкого человека, разумная последовательность такая: сначала визит к терапевту или неврологу и базовое обследование, чтобы исключить обратимые причины; при отягощённой наследственности — разговор с врачом-генетиком о целесообразности генетического тестирования по гену АроЕ; и только при сохраняющихся клинических подозрениях — углублённая инструментальная диагностика по назначению невролога. Самостоятельно интерпретировать результаты любых анализов, включая генетические, не стоит: они информативны только в связке с клинической картиной, которую оценивает врач.
Одобрение первого анализа крови на болезнь Альцгеймера — хороший знак того, что диагностика нейродегенеративных заболеваний постепенно становится менее инвазивной. Но пока эта конкретная технология применяется в США и только у пациентов с уже имеющимися симптомами, разумнее опираться на доступные сегодня инструменты и не откладывать визит к неврологу, если изменения в памяти и поведении действительно вызывают беспокойство.